Я в Цхинвале. Приехала сюда ночью 7 августа за полчаса до годовщины начала войны. Людей очень много, в том числе гостей. Каждый день проводятся мероприятия в память об августовских событиях. Вчера на площади был концерт Мариинского театра, а позавчера играл коллектив Дживана Гаспаряна. А сегодня участники мотопробега Москва-Цхинал показали нам байк-шоу. Сделала много фотографий, как только дорвусь до хорошего интернета — будет подробный фото-отчет.
Будет весело, если Онищенко потребует свою долю жилплощади))
Вообще, меня забавляют эти бесконечные награждения. Можно подумать, что в правительстве Южной Осетии нет других проблем, как раздавать ордена. Лучше бы раздали сначала компенсации жителям города, которым до сих пор негде жить. О наградах нужно думать только после полного восстановления. И к чему они? Каждый выполнял свой долг. Врачи должны были спасать, журналисты освещать, военные — защищать. Все так и должно было быть.
В Цхинвале даже гуляет анекдот:
— А тебе дали уже орден?
— Мне нет, я же воевал.
Оппозиционная Лейбористская партия требует переименовать улицу в Тбилиси, названную в честь американского президента Джорджа Буша. По словам генсека Лейбористской партии Иосифа Шатберашвили, экс-президент США виноват в том, что Грузия лишилась Абхазии и Южной Осетии, так как при его попустительстве Косово отделилось от Сербии, что косвенно привело и к отделению от Грузии этих республик.
Переименования улиц в честь живых еще людей вызывают у меня недоумение.
Так, в Цхинвале, например, переименовали улицу Тбилисская в улицу Юрия Лужкова. И еще собираются две главные улицы города переименовать в улицы Владимира Путина и Дмитрия Медведева.
От всех этих переименований веет такой легкомысленностью и ограниченностью, что нет слов.
Правоохранительные органы Южной Осетии проявили чрезмерную бдительность во время парламентских выборов в Цхинвале.
Инцидент произошел в пресс-центре, где работали журналисты, освещавшие выборы. Служебная собака учуяла что-то странное в одном из ноутбуков, который к тому же оказался бесхозным. Правоохранители, не обнаружив хозяина подозрительного ноутбука, вывезли его в безопасное место и взорвали.
Вскоре нашелся владелец ноутбука. Им оказалась журналистка из Испании, которая в это время работала на одном из участков. Узнав о судьбе своего компьютера, она подняла шум, который по словам одного из очевидцев, грозил перерасти в международный скандал)) Он же рассказал о том, что ей подарили новый ноутбук.
Однако, на мой взгляд, старый ноутбук — лучше новых двух. Хотя бы потому, что там есть ценные файлы (у журналистов они бывают всегда). Говорю это из собственного более горького опыта, потому что однажды мне, в отличие от испанки, вернули мой старый ноутбук без содержимого!
А если серьезно, то я считаю, что правоохранительные органы ЮО сработали четко. В таких случаях излишняя осторожность только во благо.
P.S.
Если все было так, как рассказывает Пилар в EL PA?S, то это действительно идиотизм. Но тем не менее, уважающее себя СМИ не может обвинять другое государство, пусть даже непризнанное, в «идиотизме», как это делает EL PA?S. Это, по крайней мере, некорректно.
Обычно не поздравляю с этим праздником всех мужчин, так как многие к нему не имеют никакого отношения. Скорее мое поздравление обращено вот к таким ребятам.
Эту фотографию я сделала в августе, в Цхинвале.
Впервые играю в такие игры)) Увидела у Марка Григоряна и не удержалась. Он выбрал в моем блоге эту фотографию.
Правила игры:
Вы оставляете комментарий.
Я выбираю любую фотографию/картинку у вас в жж и прошу рассказать про нее что-то интересное и познавательное.Вы постите рассказ с фотографией в своем жж с публикацией условий игры, чтобы ваши друзья тоже могли поиграть.
А вот и мой рассказ.
Это Ирина. Она, как остальные жители Цхинвала, вышла 21 августа на Театральную площадь города. Там проходил митинг, на котором приняли обращение к руководству России о признании независимости Южной Осетии.
Ирина не любительница подобных мероприятий. Это первый митинг, на который она пошла. После того, что ей пришлось пережить за эти 5 дней, она не могла не пойти. Впрочем, как и все жители Цхинвала, способные передвигаться.
Стояла жара, но люди не расходились. Мне запомнились их глаза, они излучали надежду. Признание, еще недавно казавшееся мифическим, теперь обретало реальные формы.
Так получилось, что Ирина близкий для меня человек, поэтому я не раз упоминала о ней в своем дневнике. Вот выдержка из записи, которая была сделана в августе 2007 года, за год до войны:
— Зачем ты делаешь ремонт? А вдруг война начнется? Вдруг придется все бросить и уехать? — не понимают соседи и родственники Ирину, которая затеяла в доме ремонт.
— А мне надоело уже. Вы стреляйте и бомбите друг друга. А я с места не сдвинусь. Буду сидеть в своем красивом свежеотремонтированном доме и пить кофе, — спокойно отвечает Ирина.
Жители Южной Осетии устали от постоянного состояния ожидания и неопределенности. Люди устали от чемоданного настроения и от этого «а вдруг».
К сожалению, случилось то, чего все так опасались. Ирина в дни войны показала себя как очень сильный человек. Ее соседи рассказывали мне, что если бы не она — они просто сошли бы с ума в подвале. Она периодически поднималась из убежища, перебегала дорогу и заходила домой, чтобы позвонить и узнать, что происходит. Даже, когда ничего утешительного ей не сообщали по телефону – она ободряла соседей, говорила, что все хорошо, скоро все закончится и ругала их, когда кто-то не выдерживал и начинал плакать.
Я не могу говорить об Ирине объективно, поэтому приведу слова из репортажа Алексея Пивоварова, опубликованного в журнале «Эксперт». Алексей был одним из трех журналистов, которые жили у нее около недели.
Гостеприимство и доброту осетин мы ощутили в полной мере. Водители подвозили нас бесплатно, кроме таксистов, конечно. В магазине однажды отказались брать с нас деньги за воду. Наша хозяйка Ирина и ее пожилой отец Илья Ильич запрещали нам ходить в магазин за продуктами. Они даже грузин не винили в войне — только их президента. Ирина сказала мне, что, если к ней постучится грузин и попросит еды, она его накормит. Но только если на нем не будет военной формы.
Впрочем, иногда, чтобы описать человека, не нужны слова. Достаточно посмотреть ему (а в данном случае ей) в глаза.
Памятник Васо Абаеву.
Министерство иностранных дел республики Южная Осетия.
Автомобилей, изрешеченных пулями и с выбитыми стеклами в Цхинвале много.
Большая часть домов в Цхинвале осталась без крыш.
Пока в городе нет газа, еду готовят на дровах.
На этой неделе, я ездила в Цхинвал дважды, с интервалом в 2 дня. В начале недели город был пустынным, я не видела ни одного ребенка, почти не было молодых женщин. А во вторую поездку, еще по дороге, я обратила внимание на бесконечный поток автомобилей и автобусов с людьми, в том числе и с детьми, которые возвращались в свой город. Цхинвал оживился, везде идут восстановительные работы.
Здесь мой фоторепортаж с митинга в Цхинвале, на котором было принято обращение к руководству РФ о признании независимости республики Южная Осетия.
В тот же день, вечером в Цхинвале прошел концерт Валерия Гергиева.
В городском парке.
Все, что осталось от кафе «Фарн».
В таких подвалах жители Цхинвала прятались 3 суток.
Некоторые корпуса выгорели дотла.
Дядя моей подруги вчера поехал в Южную Осетию искать своих родственников, о судьбе которых ему ничего неизвестно после нападения Грузии. Он сегодня звонил и рассказал, что когда грузины зашли в город — они вытаскивали из подвалов мирных жителей и без разбора отстреливали и женищин, детей и стариков.
Он сам этого не видел, ему рассказали.
Я не знаю... Очень не хочется в это верить. Надеюсь, это неправда.
— Зачем ты делаешь ремонт? А вдруг война начнется? Вдруг придется все бросить и уехать? — не понимают соседи и родственники Ирину, которая затеяла в доме ремонт.
— А мне надоело уже. Вы стреляйте и бомбите друг друга. А я с места не сдвинусь. Буду сидеть в своем красивом свежеотремонтированном доме и пить кофе, — спокойно отвечает Ирина.
Жители Южной Осетии устали от постоянного состояния ожидания и неопределенности. Люди устали от чемоданного настроения и от этого «а вдруг».
На днях, сидела с друзьями в «Фарне», который находится в цхинвальском парке. Мы пили пиво Ленингорского разлива. Смешно. Но решила попробовать, как-никак предки оттуда. Пиво – ничего особенного. Но речь пойдет не о пиве, а о Кокойты.
Запись опубликована Дневники.Вы можете оставить комментарии здесь или тут
На днях, сидела с друзьями в «Фарне», который находится в цхинвальском парке. Мы пили пиво Ленингорского разлива. Смешно. Но решила попробовать, как-никак предки оттуда. Пиво — ничего особенного. Но речь пойдет не о пиве, а о Кокойты.
Мы сидели за столиком около окна, с видом на парк. Было уже темно, около 10 вечера. Вдруг я вижу идет он — свет и надежда Южной Осетии. Естественно не один. Если 3 года назад его еще можно было встретить бодро шагающим по городу без охраны, то теперь он этого себе не может позволить. В сопровождении своей свиты, которая состояла из телохранителей и нескольких подчиненных, он прогуливался по парку, как китайский император, решивший перед сном осмотреть свои владения.
Минут через 10, когда Кокойты проходил обратно, президент увидел знакомого и зашел в «Фарн», пожал руку одному из мужчин, сидевших за соседним столиком.
— И что это за ночные прогулки по парку? Типа он близок к народу? — спросила я у друзей за столиком.
И тогда они мне рассказали, что произошло в этом самом парке, перед «Фарном», всего лишь несколько дней назад. Он прогуливался со своими шкафами, а на пути у него стоит джип, в который как раз собирался сесть парень.
Кокойты сделал ему замечание:
— Я ведь дал указание не ставить машины в парке!
На что парень, ответил, что-то типа: «Да ладно, подумаешь».
Как по-вашему отреагировал на это президент? Вы ни за что не угадаете!
Он его избил!
Пользуясь тем, что парень не может дать сдачи, так как его тут же вбили бы его телохранители.
И по словам жителей Цхинвали, это не единичный случай такого его поведения.
Цхинвал встретил меня 40 градусной жарой, от которой я убежала из Владикавказа. Но здесь жару переносить легче, приятно подувает ветерок. Людей много. Невооруженным взглядом видно, что приезжих-отдыхающих больше, чем коренных. Такое ощущение, что люди упорно не следят за новостями и не понимают, что это конфликтная зона, а не курортный городок. Или же всем все равно. Только потом, спустя пару дней становится ясно, что здесь происходит на самом деле.
Толпы людей собираются на главной центральной площади, где каждый вечер проводятся дискотеки и концерты местных и заезжих эстрадных певцов. Концерты – жесть, полный ахтунг, чистой воды кустурица. Такого вы больше не увидите нигде! На свой словарный запас не жалуюсь, но описать такое не берусь. Это надо видеть!
Когда есть два пути в одно и то же место назначения, нелепо выбирать наиболее длинный и утомительный.
Дорога в Цхинвал через грузинские населенные пункты перекрыта уже несколько месяцев. Поэтому путешествие из Владикавказа в Цхинвали затягивается на час дольше. После двухчасового пути от Владикавказа до таможни, приходится стоять еще пару часов в очереди, затем час езды по перевалу и наконец-то Джава, а там и рукой подать до Цхинвала 10-15 минут по ровной заасфальтированной дороге. Увы, вместо этого теперь нужно объезжать грузинские села. Приходиться трястись по пыльной, извилистой и небезопасной Зарской дороге. Но надо признать, что рискнув поехать по этой дороге, вы увидите одно из самых живописных мест Южной Осетии. И после часа тряски и глотания пыли – вы в Цхинвале.
Приехала слегка раздраженная. И все думала о том, что ладно я в год 1-2 раза могу это потерпеть. Но зачем мучить людей, которым приходиться еженедельно, а то и каждый день преодолевать этот перевал. Что делать людям, которые живут в Цхинвале, а их пожилые родители в Джаве? Если раньше они за 15 минут могли доехать до них и навестить, то теперь это одни мучения. И для осетин и для грузин, так как грузинские и осетинские села чередуются там как на шахматной доске.
Вещаю из солнечного Цхинвала. С завтрашнего дня начну писать в своем блоге о том, что чувствуют и как живут люди в зоне конфликта, в ожидании войны, которую они не хотят.