Многое остается за пределом моего понимания в этой стране…
Мой друг, голландский журналист, собирался в начале декабря вместе с оператором посетить Цхинвал, чтобы сделать репортаж. После августовской войны они показали своим телезрителям грузинскую сторону и их версию событий, а теперь им хотелось показать осетинскую. Он готовился к этой поездке с сентября, изучал ситуацию, а я собирала для него контакты пострадавших людей, которых он должен был снимать.
На днях, ему дали визу, но в московском МИДе предупредили, что он не сможет самостоятельно работать и находиться на территории Южной Осети более двух дней. Его вместе с оператором собирались присоединить к группе журналистов из разных стран, для которых уже все запланировали: постоянное сопровождение, мероприятия, встречи с чиновниками и с пострадавшими, все расписано по часам.
Я не поверила, пока сама не позвонила в администрацию президента ЮО, человеку, который занимается иностранцами, намеревающимися посетить республику в ближайшее время. Он разъяснил, что рад был бы помочь, но эти правила ввели в целях безопасности иностранных журналистов и дал понять, что их действительно будут круглосуточно опекать.
Голландский коллега тогда передумал и решил делать репортаж опять в Грузии. И я его понимаю. Ни один нормальный журналист не поедет работать в таких условиях. Когда не ты выбираешь, что и где тебе снимать, с кем разговаривать, а с кем — нет, когда тебя водят за ручку и показывают то, что сами хотят показать… Маразм.
Журналистика – профессия опасная, тем более, когда речь идет о войне. Журналисты, которые собираются в зону конфликта — люди взрослые и знают, что это связано с риском. Однако возможность собственного решения и получения информации для журналистов важнее, чем чужая забота об их безопасности. Каждый сам для себя определяет степень опасности от своих действий. А излишняя опека только создает впечатление, что от журналистов что-то хотят скрыть. Для очистки совести было бы достаточно брать расписку у журналистов о том, что они понимают риск и знают, на что они идут.
Естественно, что в таких условиях позиция Грузии более широко представлена в западных СМИ, а те немногие иностранные журналисты, которым удалось самостоятельно поработать в Южной Осетии, сделали довольно объективную картину. Не давая им возможность нормально работать в зоне конфликта, несправедливо затем обвинять Запад в однобокости предоставления информации.
