Spasìba Rossìa
Один из самых честных западных репортажей о событиях в Южной Осетии. Можно прослушать здесь
Он на итальянском языке, представлен в 6 звуковых файлах. Как только будет свободное время - переведу. А пока можно понять смысл по комментариям жителей. В репортаже есть музыка: осетинская и русская.
Энрико (автор репортажа) и Никола, итальянские журналисты и мои друзья. Мы встретились с ними в Домодедово (перед их вылетом в Осетию), где за чашкой кофе Энрико поделился: “Мы не верим в то, что пишут и говорят об этом конфликте у нас. Хотя бы потому, что в СМИ представлена только одна сторона конфликта - грузинская, и только ее правда. Мы сами хотим все увидеть”.
Поехали, посмотрели, написали… Получилось хорошо.
Кстати, они настолько подружились с цхинвальской семьей, в которой жили неделю, что расставались со слезами и до сих пор созваниваются.
Когда я спросила Николу на каком языке он разговаривает с ними по телефону, он ответил: “Я по-итальянски, они по-русски. Но мы понимаем друг друга. Я пообещал, что выучу русский язык и затем опять поеду в Южную Осетию.”
Иногда – к лучшему
В прошлом году я писала в своем блоге: “Все что ни делается - к лучшему”. Какая глупая пословица!!!
Не помню, что привело меня тогда к такому выводу, но теперь частично беру свои слова назад. Иногда – к лучшему.
После ухода из магистратуры возник вопрос о поиске работы. Кажется, мне повезло. Я нашла ее спустя пару дней. Она настолько совпала с моими желаниями и представлениями, что я отменила все собеседования (даже заманчивые), которые были назначены на следующий день.
Но до того как найти это интересное предложение, мне пришлось сходить на 2 собеседования. Я полный чайник в поисках работы, потому подошла к этому с некоторой долей иронии.
Read the rest of this entry »
Поплыла против течения…
Не хотела об этом писать в блоге, но придется. Сегодня меня уже 2 человека спросили “ну как там твоя учеба в магистратуре?”, и вчера спросили, и позавчера… Я устала повторяться. Поэтому, если кто-то из друзей спросит еще - буду давать им ссылку на этот пост))).
Я ушла из МГУ… Целый месяц ходила туда в надежде на чудо, что вот-вот понравится, но, увы…
Ни в коем случае не хочу обидеть этим постом преподавателей и учащихся журфака МГУ. Все, с кем мне приходилось общаться там – очень приятные люди. Но мои ожидания не оправдались. Я оказалась не готовой терять 2 года и приличную сумму только из-за престижной корочки МГУ. Я пришла туда за восполнением пробелов в некоторых областях. Но, будем считать, что я сама ошиблась с выбором вуза и магистратуры. То, что мне интересно, скорее всего нужно искать не в магистратуре по зарубежной журналистике, а в магистратуре по политологии.
Мне не нравились лекции и программа. Сплошная теория и никакой практической журналистики. Лекции слишком размытые и по большей части ненужные (мне). И вообще, чувствовала себя в стенах этого вуза студенткой 50–х годов. И такую атмосферу создавал в основном стиль преподавания. Возможно, кому-то эти лекции и приносили удовольствие, но я буквально умирала от скуки. Мне казалось, что я мучаю себя и теряю время.
Последней и решающей каплей для меня была лекция о зарождении коммунизма. Ничего не имею против коммунистов, но в магистратуру я пришла совершенно за другими знаниями, более практичными и близкими к моей работе. Поэтому на следующий день я забрала документы.
Рассталась мирно. Вслед мне сказали: “Если надумаешь в следующем году – приходи”. Я, конечно, именно туда уже не надумаю, вряд ли за год там что-то изменится, но зарекаться не буду.
Интервью в Eurasia
Недавно дала интервью итальянскому журналу геополитических исследований Eurasia. Вчера на сайте журнала опубликовали выдержку из этого интервью. Полная версия появится в ближайшее время печатном издании журнала. Беседу вел редактор журнала “Eurasia” Лука Бьонда.
А здесь публикую перевод на русский.
Я был очень удивлен заявлением мэра Хасавьюрта, который поддержал добровольцев, которые хотели защитить народ Южной Осетии. Дагестанцы, адыгейцы и чеченцы участвовали в защите Южной Осетии. Мы можем расценивать это как позитивный знак братства между народами Кавказа?
Во время первого конфликта в Южной Осетии в 1991 году, добровольцев почти не было, в отличие от Абхазии, где добровольцев было много, в основном, это были дагестанцы, адыгейцы, чеченцы и осетины. С тех пор, Грузия начала считаться общим врагом для осетин, абхазцев и кавказских народов, которые пришли к ним на помощь. Более того, Северную Осетию связывают узы дружбы со всеми северокавказскими республиками кроме Ингушетии, с которой у нее конфликт из-за Пригородного района.
Чечня и Дагестан на этой войне продемонстрировали дружбу к Осетии. Каково было поведение Ингушетии и ингушского народа в Алании? Как она реагировала на войну? Зачеркнула ли эта война напряжение между Осетией и Ингушетией?
Официальная власть Ингушетии лояльная Кремлю на словах поддержала осетин. Однако, в этих словах поддержки, сенатор Костоев провел параллели между случившимся в Южной Осетии с событиями в Пригородном районе в 40-х годах, обвинив во всем Сталина. Оппозиционные же СМИ Ингушетии открыто поддержали Грузию, перепечатывая грузинскую версию конфликта, в том числе и заведомо дезинформационные новости. Я не думаю, что этот конфликт как-то сгладил или усилил напряжение между Осетией и Ингушетией.
Есть ли у вас какое-нибудь воспоминание, рассказ или важная фраза, рассказанная кем-то из цхинвальских беженцев?
Мне запомнился рассказ 86-летнего жителя Цхинвала Ильи Туаева, который во время войны отдыхал в горах Южной Осетии в пансионате. О начале войны он узнал по телевизору. Думал, что город полностью стерт с лица земли. Когда спустя пару дней после окончания боев, он приехал в Цхинвал, он боялся выйти из машины. «Мне было страшно. Я думал, что моих детей уже нет в живых. Я боялся взглянуть на дом, думал, что от него ничего не осталось», — рассказывал он.
Еще мне запомнился рассказ его дочери Ирины Туаевой, которая все время конфликта была в Цхинвале и во время обстрелов ГРАДом и авиа-бомбежек пряталась вместе с соседями в подвале. «Когда наступило затишье, мы вышли из подвалов грязные, с растрепанными волосами и обезумевшими глазами. Мы увидели первые вошедшие в город российские танки. Солдаты смотрели на нас как на существа с потустороннего мира. Мне кажется, они удивлялись, что кто-то еще остался жив в городе после таких обстрелов. Мы и сами этому удивлялись. Один солдат достал из кармана шоколадку, открыл и протянул ее мне. Это взволновало меня до слез», — вспоминала Ирина.
Вы посетили Цхинвал несколько раз после отступления грузинской армии. Каков ущерб и какие действия наиболее неотложны и необходимы?
Городу нанесен колоссальный ущерб. Разрушены исторические памятники и здания. Дома иногда зажигались от пуль и сгорели дотла, разрушен университет и несколько школ, частично разрушена больница, здание парламента. Первые две недели после войны в Южной Осетии не было света, воды, газа. Но сотрудники МЧС оперативно провели восстановительные работы. На данный момент в Цхинвале есть свет и вода. Многие жители Цхинвала остались без жилья и живут у родственников или у соседей.
Ленингорский и Знаурский районы состоят из осетинских из осетинских и грузинских сел. Как война изменила структуру сел? Есть ли еще грузинские села в Осетии или они оккупированы осетинами?
В Ленингорском и Знаурском районах грузинские села несомненно остались. Но что значит “оккупированы”? Это территории Южной Осетии. Сейчас вся территория ЮО подконтрольна осетинским властям.
Грузинский анклав из четырех сел между Джавой и Цхинвалом полностью разрушен. Именно здесь располагалась в селе Курта резиденция марионеточного Дмитрия Санакоева, который так и не получил никакого формального статуса в Грузии.
Изменила ли война каким-либо образом границы Южной Осетии или же все вернулось как до 7 августа 2008 года?
Вопрос о границах Южной Осетии очень интересный, но требуется в уточнении, поскольку разные стороны конфликта видят эти границы по-разному. Так, юридически с грузинской точки зрения никакой Южной Осетии не существует, а территория бывшей ЮОАО поделена между несколькими районами Грузии. С точки зрения осетин, гранцы ЮО проходят в точности как проходили границы ЮОАО. Поэтому здесь, наверно, будет уместнее говорить о территориях, которые контролировались обеими сторонами. Так, по разным оценкам от 30 до 40 процентов территории Южной Осетии (практически полностью Ленингорский район и частично Знаурский и Цхинвальский районы) были подконтрольны Грузии. После же конфликта границы остались прежними, однако, вся территория теперь под контролем властей Южной Осетии.
РФ предоставила несколько точных данных о военных потерях (10-15 миротворцев, несколько военных самолетов и танк). Есть ли данные о военных потерях Грузии и самообороны Южной Осетии?
Насколько мне известно, у российской стороны не 10-15 погибших миротворцев, а 67. Согласно официальным данным, российская армия потеряла 71 человек, а грузинская 133. Я думаю, что числа занижены, потому что на территории Южной Осетии были серьезные боестолкновения. Независимые источники оценивают количество потерь грузинской армии от 500-1500 человек. В подтверждении этого говорит то, что часть военнослужащих грузины похоронили в братской могиле, тогда как на сегодняшний день есть очень серьезные возможности для идентификации, в том числе и генетическая экспертиза. И такие похороны могут быть попыткой скрыть реальное число потерь.
Говорить о количестве военных потерь осетинской стороны сложно, потому что город обороняли, в том числе, и местные жители. В общем же, по данным прокуратуры Южной Осетии, число погибших и пропавших без вести составило 1692 человека. Но это число наверняка завышено. На сайте общественной комиссии вывешен список 364 погибших с указанной причиной смерти и местом захоронения. Но эта цифра будет еще расти.
Как Вы оцениваете начало грузинского вторжения? Вы думаете, это был выбор правительства Тбилиси или думаете, что Саакашвили «вынудили» это сделать США или Россия?
Россию устраивала законсервированная на неопределенный срок ситуация в Южной Осетии, поскольку признание ЮО для России был вынужденный шаг, который принес ей много негатива на международном пространстве и Россия из миротворца фактически превратилась в сторону конфликта.
Республиканцы США могли подтолкнуть Саакашвили к этой операции для решения своих внутриполитических выборных проблем. Нельзя с уверенностью сказать, что явилось катализатором такого решения Саакашвили, но у него была уверенность невмешательства России. В пользу этого говорит выбранная дата для начала операции, за день до открытия Олимпийских игр, когда президент России Медведев находился в отпуске, а премьер-министр Путин находился в Пекине на Олимпийских играх. Также в пользу этого говорит развитие ситуации во время конфликта, когда грузинская сторона даже не попыталась заблокировать Рокский тоннель и не пыталась производить никаких боевых действий в направлении Джавы.
Цхинвал из-за своего месторасположения очень сложный город для обороны и Саакашвили хотел взять его в течение короткого времени под контроль, чтобы поставить весь мир перед свершившимся фактом. По его плану, в 21.00 8 августа в Цхинвале должна была пройти пресс-конференция грузинских властей.
Все это могло бы случиться в случае невмешательства России, в котором Саакашвили был почему-то уверен.
Как Вы видите политическое будущее Грузии? Вы думаете Саакашвили подаст в отставку и покинет политику? Могут ли искать диалог с
Россией политические оппозиционные партии?
У Саакашвили были проблемы с рейтингом, что показали президентские выборы в начале года. Хотя, он выиграл их, но по оценкам наблюдателей, они были не совсем демократичны, и при помощи административного ресурса ему было добавлено 10-16 % голосов. А люди, проводившие эти выборы, в частности господин Якобашвили, потом получили должности в правительстве Грузии.
Ясно, что на фоне конфликта, нация сплотилась вокруг своего лидера и для Саакашвили сейчас выгодно сохранять напряженность в Грузии, потому что как только она спадет, оппозиция начнет задавать ему неприятные вопросы. И итогом этого возможно станет отставка Саакашвили, тем более, если потеря территории Абхазии и Южной Осетии станет неоспоримым фактом, к чему все и идет.
В то же время, в политическом спектре Грузии пока не просматриваются пророссийски серьезно настроенные силы, и я не думаю, что в ближайшее время они появятся, поскольку именно Россия обеспечивает независимость двух бывших территорий Грузии и считается грузинами оккупантом.
Говоря же о будущем президенте Грузии, нужно упомянуть Нино Бурджанадзе, которая весной этого года дистанцировалась от Саакашвили и его партии, не приняв участие в парламентских выборах. И, которая уже сейчас ведет активные консультации в США. С меньшей вероятностью можно сказать о Саломе Зурабишвили, которую лоббирует Европа.
Мы можем рассматривать, принять во внимание признание независимости Южной Осетии как первый шаг к созданию единой Осетии?
Безусловно, да. Целью большинства осетин является единая Осетия в составе России. Первый шаг к этому уже сделан. Однако, пока рано говорить о втором шаге — об объединении с Северной Осетией – это может увеличить международное давление на Россию. Москва не раз заявляла, что не претендует на эти территории, а лишь обеспечивает их безопасность. Я думаю, что о присоединении к Северной Осетии будет уместно говорить только после международного признания независимости ЮО.
Intervista a Elizaveta Valieva a cura di Luca Bionda
Rivista di studi Geopolitici Eurasia
Vi proponiamo un’anticipazione dell’intervista con Elizaveta Valieva, giornalista osseta, incentrata sul recente conflitto in Ossezia del Sud; l’intervista è stata raccolta ad inizio Settembre.
L’intervista completa potrete leggerla nel prossimo numero di Eurasia (Eurasia 3/2008)
D.: Elizaveta Valieva, cosa ci può dire riguardo alla situazione dei profughi sudosseti in Ossezia del Nord? Dove sono concentrati? Tanti sono già tornati a Tskhinvali?
R.: Nei primi giorni del conflitto, il Ministero delle Situazioni di Emergenza aveva installato un campo profughi ad Alagir, in Ossezia del Nord. Ho visitato i profughi sia lì che a Vladikavkaz. Mi hanno raccontato con emozione che cosa hanno patito durante la guerra. Le donne, in particolare, in pensiero per la sorte di mariti, figli e fratelli rimasti a difendere Tskhinvali.
Quando sono arrivata a Tskhinvali, una settimana dopo la guerra, pochi civili erano tornati. C’erano solo uomini e militari, pochissime donne e bambini. Pochi giorni dopo, però, ho visto colonne di auto e bus che riportavano i profughi a Tskhinvali e la città si è rianimata.
D.: Cosa vi hanno detto i profughi di Tskhinvali?
R.: Ho ancora nella memoria il racconto di Ilja Tuaev, un anziano di 86 anni. Quando è scoppiata la guerra lui si trovava in una casa di cura fuori Tskhinvali, in montagna. Ha saputo dell’inizio della guerra dalla televisione. Pensava che la città fosse stata cancellata dalla faccia della terra. Quando, due giorni dopo la fine della guerra, Ilja è ritornato a Tskhinvali, aveva paura di uscire della macchina. «Credevo che le mie figlie fossero morte. Avevo paura di guardare la mia casa, temendo di vederla in rovina», mi raccontava Ilia Tuaev.
Ricordo anche il racconto di sua figlia di 47 anni Irina Tuaeva. Durante i bombardamenti georgiani con i missili Grad e con l’aviazione, lei era a Tskhinvali. Con i vicini si era rifugiata in un sotterraneo. «Quando i rumori si sono smorzati, siamo usciti dai sotterranei: eravamo sporchi, con i capelli scompigliati e gli occhi stravolti. Abbiamo visto i primi carri armati russi che sono entrati in città. I soldati ci guardavano come fossimo extraterrestri: non riuscivano a credere che qualcuno fosse sopravvissuto a quei bombardamenti. Non ci credevamo neanche noi. Uno dei soldati mi ha dato un cioccolatino che aveva in tasca, facendomi commuovere fino alle lacrime», raccontava Irina.
D.: Come valuta l’inizio dell’invasione georgiana? Crede che sia stata una scelta del governo di Tbilisi oppure pensa che Saakashvili sia stato “costretto” dagli Stati Uniti d’America o dalla Russia?
R.: La situazione precedente il conflitto andava bene per la Russia, consapevole che forzare la mano sul riconoscimento dell’Ossezia del Sud avrebbe avuto per Mosca conseguenze molto negative dal punto di vista delle relazioni internazionali. E infatti la Russia ha sempre svolto un ruolo pacificatore.
I Repubblicani degli Stati Uniti d’America potevano avere interesse a spingere Saakashvili a scatenare questa guerra per ragioni di politica interna legate alle elezioni presidenziali. Non è possibile dire con certezza quale sia stato il catalizzatore della decisione di Saakashvili, ma è certo che lui era sicuro del non intervento della Russia. Forse contava sul fatto che Putin fosse a Pechino per la cerimonia d’apertura delle Olimpiadi e che Medvedev fosse in ferie.
A dimostrazione di questa sua convinzione, sta il fatto che i georgiani non hanno nemmeno tentato di bloccare il tunnel di Roki né di compiere operazioni militari in direzione di Java, che si trova vicino al confine russo.
Tskhinvali è una città difficile da difendere a causa della sua posizione e Saakashvili voleva conquistare la città in breve tempo per mettere davanti al fatto compiuto tutto il mondo. Secondo il suo piano, alle 9 di sera dell’8 agosto era prevista una conferenza stampa per l’annuncio della vittoria georgiana. Tutto questo poteva aver luogo solo in caso di non intervento della Russia.
D.: Come vede il futuro politico della Georgia? Crede che Saakashvili darà le dimissioni e abbandonerà la politica? I partiti politici di opposizione posso cercare un dialogo con la Russia?
R.: Le elezioni presidenziali all’inizio di quest’anno hanno mostrato che Saakashvili, nonostante la sua vittoria, aveva problemi di popolarità. Ho seguito le elezioni georgiane e so che esse non sono state del tutto regolari. Gli osservatori hanno notato che era stato aggiunto il 10 – 16 % dei voti grazie all’intervento dell’amministrazione. Le persone che lavoravano nell’organizzazione della macchina hanno ricevuto incarichi di governo, per esempio Iakobashvili. È chiaro che, in nome del conflitto armato, la nazione georgiana si è unita intorno al suo leader. Ora per Saakashvili è vantaggioso conservare la tensione in Georgia perché appena essa scenderà, l’opposizione comincerà a rivolgergli domande spiacevoli. È possibile che il risultato di questo saranno le dimissioni di Saakashvili, tanto più se la perdita dei territori di Abkhazia e Ossezia del Sud diventerà un fatto irreversibile.
Per ora, nello spettro politico georgiano non ci sono serie forze che vogliano dialogare con la Russia, né penso che appariranno in tempi brevi. Perché la Russia è garante dell’indipendenza degli ex territori della Georgia e i georgiani la ritengono una forza occupante. Se vogliamo parlare di chi potrebbe essere il futuro presidente della Georgia, bisogna fare il nome di Nino Burjanadze, che la scorsa primavera ha preso le distanze dalla maggioranza di Saakashvili e non ha partecipato alle elezioni parlamentari. La Burjanadze sta conducendo serrate consultazioni negli Stati Uniti d’America. Meno probabilità ha Salome Zurabishvili, che è sostenuta dall’Europa […].
NOTE: Elizaveta Valieva lavora come giornalista tra Mosca e Vladikavkaz (Repubblica dell’Ossezia del Nord, RUS); è caporedattrice e responsabile del portale informatico Ossetia.ru. Collabora con il sito dell’Institute for War and Peace Reporting.
http://www.eurasia-rivista.org/cogit_content/articoli/EkkkyZZEVAEaBTKdac.shtml
Перемещение
Наконец-то, пишу в своем дневнике. Соскучилась. Оказывается, мне это нужно. Возможно, так легче причесывать мысли.
Переезд в столицу выбил меня из привычного ритма жизни. Но я прихожу в себя и возвращаюсь к своему блогу.
Я осчастливила “резиновую Москву” своим прибытием 8 сентября. С тех пор произошло много обычных и не вполне обычных явлений в моей жизни.
Неделя ушла на поиски квартиры, которую все же удалось найти, но по уверениям ошарашенных миланских друзей, по такой цене можно было снять отличную 2-3 комнатную квартиру в центре любой европейской столицы, а в Москве получилась лишь далеко не самая лучшая однокомнатная квартира. По уверениям агентов, вся проблема в том, что сентябрь - самое неудачное время для съема квартир. Хоть одно радует - недалеко от кольца и до учебы добираюсь быстро.
За это время я познакомилась с уймой интересных и скучных, милейших и отвратительных, душевных и невоспитанных людей. И все это может произойти в один день. Это и есть Москва. Мой мозг не вынес такой интенсивной обработки лиц, характеров, негатива… и в один прекрасный день я потеряла сознание. Если бы не моя подруга (которую Бог послал ко мне в тот день на помощь на поезде Сочи-Москва), я бы упала, но она успела меня схватить и позвать на помощь. Но я всего этого не помню, потому как очнулась уже сидя на стуле в окружении людей, которые уставились на меня, а я в свою очередь на них, так как не могла понять чего они от меня хотят.
А возможно, все дело было в жаренных грибах, которые за час до этого, мы с Мадиной поели в азербайджанском ресторане “Шаш-беш”. Так что, на всякий случай, не ешьте грибы в “Шаш-беше”.
Было еще много чего куда интереснее, но как-нибудь в следующий раз.
P.S. Я не собираюсь покорять Москву. Я здесь проездом ))
И вообще, Москва - не резиновая.
Назад к жизни
Здесь русская версия моего репортажа из Цхинвала.
Прошла неделя, после того как стихли последние звуки войны, но каждый километр пути из Владикавказа в Цхинвал еще напоминал о недавних событиях. Начиная с Алагира, вдоль дороги тянулись военные лагеря, танки и БТР.
В 200 метрах от Рокского тоннеля перед нами проехала колонна танков и воздух стал задымленным. Военные остановили нас, попросили подождать, пока воздух в тоннеле рассеется. За нами образовалась очередь из автомобилей. Ждать пришлось полчаса.
После Джавы идут грузинские села. Уже несколько лет осетины объезжали эти села и добирались в Цхинвал по Зарской дороге, которая занимает на час дольше.
Read the rest of this entry »
Героическая поэзия
Еще ни одному перу не удалось воспеть так дивно
Походы удалых бойцов отважнейшего Михаила
Добро пожаловать сюда: http://putnik1.livejournal.com/40055.html,
Чтоб насладиться этим чтивом.
Back to Life
Мой репортаж из Цхинвала опубликовали в пражском журнале TOL (Transitions Online).
Residents of the war zone emerge from their hiding places and start to rebuild.
[Nearly two weeks after fighting broke out between Georgia and Russia over South Ossetia, journalist Liza Valieva traveled from her home in the Russian republic of North Ossetia into South Ossetia. She, her husband, and a friend were taking food and other supplies to relatives in the disputed region. They met people thankful to be alive and thankful to Russia for its intervention. Locals’ hatred for the government in Tbilisi was mingled with a desire for revenge but an acknowledgement that some Georgians in South Ossetia are also suffering. With Russian forces seeming to have settled in in areas of Georgia outside South Ossetia and Abkhazia, and with the Kremlin’s recognition of the two breakaway regions’ independence, the current state of affairs has already taken on a sense of permanence here. – TOL]
A week after the last thunders of war died out, every kilometer of the road south from Vladikavkaz, in Russia, to Tskhinvali, the capital of South Ossetia, showed signs of the recent conflict. Our bus passed military camps, tanks, and armored vehicles parked by the roadside.
Some 200 meters north of the Roki tunnel, which cuts through the mountains and connects Russia to South Ossetia, a stream of tanks rumbled past, kicking up plumes of dust. Soldiers pulled us over and asked us to wait for the air to clear. We sat for half an hour while a line of cars formed behind us.
Read the rest of this entry »
Два дня на “войне”
Еще одна история грузинского резервиста.
http://vrej-haikazyan.livejournal.com/1411.html
Спустя 2 часа после того, как я опубликовала ссылку – он удалил эту запись из блога. Поэтому выкладываю сохраненный текст.
Откровения грузинских солдат
Редакция Ossetia.ru перевела откровения грузинских солдат и резервистов, воевавших в Южной Осетии. Эти истории были размещены в ряде блогов и форумов. С некоторых из них они были уже удалены, однако нам удалось восстановить их из кэша поисковой системы Google. Перевод историй даётся без изменений, практически дословный. Ossetia.ru не комментирует содержание текстов оставляя это читателям.
Опа))
Эдуард Кокойты выпил на радостях трёхлитровую чашу вина