Во время августовского конфликта в 2008 году, под одной из моих записей в блоге оставил комментарий профессор, докт.филол.наук Михаил Горбаневский, в котором призывал Роскартографию и российские СМИ внедрить в практику письменной и устной речи форму наименования города — Цхинвал. Признаться, в те дни меня меньше всего волновал вопрос Цхинвали или Цхинвал. А до 08.08.08 я часто говорила Цхинвали, по привычке.
В виду того, что споры по данному вопросу не утихают, сделаем краткий экскурс в историю.
В русскоязычных источниках вплоть до первой трети XX века этот населенный пункт назывался Цхинвал. В 1934 году город получил название Сталинир или Сталинири. В 1961 году был переименован в Цхинвали. В 1991 году властями Южной Осетии было официально утверждено название Цхинвал, фактически используемое и в советское время параллельно с Цхинвали.
По мнению профессора М. Горбаневского, «Цхинвал» соответствует историческим традициям и нормам написания в русском языке, так как несклоняемые названия городов — как «Цхинвали» — им противоречат.
«По требованиям грамматики русского языка необходимо, чтобы имена существительные изменялись по падежам, несклоняемые существительные — как виски, метро, кофе, пенни — исключение. Все остальные могут писать название города согласно грамматике своего языка», — отмечает эксперт.
Грузины, в свою очередь, протестуют против названия «Цхинвал», забывая при этом, что речь идет не о грузинском языке, а о русском, и что Тбилиси тоже до 1936 года по-русски именовался Тифлис.
Самое забавное, что удалось найти по этому поводу в сети – это перл некого Роланда Топчишвили, именующего себя историком. Он не какой-то там флудер с заурядного грузинского форума, а главный научный сотрудник Института истории и этнологии имени Ив.Джавахишвили Академии наук Грузии, профессор Тбилисского университета языка и культуры имени Ильи Чавчавадзе, академик Гелатской академии наук, член президиума и председатель секции истории и искусствоведения ученого совета экспертов.
А теперь читаем цитату из его статьи:
«Осетины или переводят топонимы, или так меняют фонетически, чтобы неискушенный читатель считал их создателем осетинский народ. Приведем несколько примеров: река Диди (большая) Лиахви названа «Стыр Леуахи», Патара (маленькая) Лиахви — «Чысыл Леуахи», река Ксани называется «Чсан», Кемерти как «Чемерт», Громи как «Гром» итд.»
Даже не знаю, как это комментировать, если академик академии наук не понимает, что любой народ волен называть топонимы на своем языке. Ведь грузины не говорят по-грузински «Москва», а вместо этого говорят «Москови», впрочем, как и осетины называют Москву «Маскуы», итальянцы – Mosca, французы Moscou итд. Так почему же они требуют, чтобы другие называли на своем языке города по-грузински?
Из того, что осетины называют Москву «Маескуы» не следует, что это делается для того, «чтобы неискушенный читатель считал его создателем осетинский народ».
Нормы языка не являются незыблемыми, они идут в ногу со временем и подвергаются изменениям согласно течению истории – это неизбежно.
Никто ведь не требует, чтобы на грузинском языке писали ??????? (Цхинвал) или ?????? (Москва). Так в чем же проблема? Может каждый народ будет сам решать, как ему называть на своем языке тот или иной город? Даже если это решение политизировано.
Popularity: 2%
Далее
