content top

Тедеев об инциденте в ЮО

Задала несколько вопросов главному тренеру сборной России по вольной борьбе Дзамболату Тедееву по поводу вчерашнего конфликта с силовиками Южной Осетии:

http://www.ossetia.ru/news/politics/detail.php?ID=35108

Далее

О музыке, пустых обещаниях и продавцах в ЮО

Провела неделю в Южной Осетии. Водитель такси  всю дорогу из Владикавказа до Цхинвала ставил осетинские, грузинские  и ингушские песни.  С грузинским языком все понятно, а как я распознала ингушский язык?  В припеве были вкрапления по-русски, что-то вроде:"Ингушетия — самый прекрасный край на Земле!". Пусть так, зато  осетины — самый толерантный народ на Земле. Но я против обобщений.

В Южной Осетии все по-прежнему. Если будут строить в таком же темпе, то лет через сто может и достроят. Люди  жалуются на плохие условия жизни, на невыполненные обещания. Например, накануне 9 мая от имени  главы госкомитета по восстановлению Южной Осетии Зураба Кабисова ходили по домам ветеранов ВОВ  и спрашивали, что бы им хотелось получить в подарок на День Победы, предлагая на выбор телевизор, холодильник, пылесос, стиральную машину или что-то другое.  Однако дальше опроса дело не пошло. Спрашивается: зачем обещать то, что не в состоянии сделать?

Зато приятно удивили продавцы. Поразили, так сказать, своей честностью. Ищем определенный сорт кофе, но именно такого в магазине нет. Мы уже собираемся купить что-то из того, что есть, но продавщица любезно информирует нас, что в соседнем магазине большой выбор сортов кофе, и мы наверняка найдем там то, что ищем. Хорошо, что ее не слышал хозяин магазина, а то бы показал ей «большой выбор кофе».  Затем покупаем арбуз, а продавец говорит: «Вы знаете, они у нас внутри не красные, и не сладкие. Лучше пройдите 20 метров, там арбузы лучше».

Далее

Такие разные люди в Осетии

На днях ездила в Цхинвал, на конференцию по вопросам сохранения и развития осетинского языка и культуры.

В очередной раз убедилась в том, что — чем человек талантливее, тем проще и приятнее на общение. А люди, которые ходят как надутые пингвины, только потому, что урвали себе какую-то должность или славу сомнительного толка, очень смешно смотрятся со стороны.

Но доставим им удовольствие наслаждаться собственной важностью. А я, тем временем, познакомилась с очень интересными людьми. Например, после знакомства с одним из самых известных писателей в Осетии, мне стало стыдно, что я мало знаю осетинских авторов. Периодически читаю современных французских и итальянских писателей на языке оригинала, а на осетинском языке даже не помню, когда читала последний раз. Так что, буду исправляться. Причем, если бы он мне не понравился как человек, то вряд ли меня мучили бы угрызения совести за незнание его произведений.

Пока ученые обсуждали проблемы языка, сидящий напротив археолог успел нарисовать мой портрет.

После конференции и обеда в «Минасе», плавно перешедшего в ужин, прямо перед нашим отъездом, ко мне подошел чиновник из администрации Кокойты и начал разговор издалека, потом вокруг да около и, наконец, подошел к теме Грузии. Потом не выдержал и говорит:

— Мне сказали, что вы выступали против властей Южной Осетии, и за Грузию.

По его словам,  слухи до него дошли месяц назад, во время прошлой конференции, но тогда он не смог ко мне подойти, так как во время банкета я сидела за другим столом.

— Кто сказал?

— Не могу сказать.

Да это и не нужно. Я поблагодарила его за информацию и объяснила, что он слегка опоздал в своем рвении:

— Не переживайте, вы не первый, кто мне это говорит.  Об этом  мне еще говорил ваш президент пару лет назад.

— Даже так? – удивился он.

Мне стало его искренне жаль. Цхинвальские сплетники смакуют это слух уже третий год, а такой хороший человек все это время был лишен этой возможности.

В Южной Осетии есть такая традиция: если пишешь о том, что не нравится властям республики, то вместо того, чтобы прислушаться и сделать объективные выводы, они тут же вешают ярлык «прогрузинскости», но объяснить в чем она заключается пока никто толком не смог.

Далее

Один день в ЮО

Вчера съездила в Южную Осетию, на одну конференцию. Погода была совсем не южная, что компенсировалось теплотой людей. Насчитала  порядка десяти знакомых, с которыми случайно столкнулась в здании правительства до начала мероприятия.  Больше всего не ожидала увидеть там Гукемухова (это тот, с которым мы исколесили маршрут Владикавказ-Черкесск-Адлер-Ереван-Тбилиси-Ереван-Минводы и 10 часов торчали в аэропорту Звартноц) .

А до и после цхинвальской конференции, были интересные знакомства и беседы. И вино, конечно.

А еще было такое... Молодой мужчина останавливает  меня и говорит: «Девушка, я Вас видел в интернете!» А чуть позже подходит девушка и многозначительно говорит: «Лиза, я знаю Вас». И тут я подумала... Как все просто, оказывается. Может и мне надо было подойти к А. Жмайло, которого я видела у входа в здание правительства,  и обрадовать его: «Я читала ваши дневники! Публика требует продолжения! Вот treol, например, просила это передать Вам». ))

Далее

Цхинвальцы протестуют против похищений

Мать похищенного Алана Хачирова

Остальные фотографии с митинга здесь: cominf.org

Далее

Сожженные книги

Не знаю, как другие, но у меня не остается никаких сомнений в том, что люди, придумавшие и воплотившие такой «гениальный» способ освобождения места для новой библиотеки – невменяемы. Но как это могли допустить остальные? Может быть только одно объяснение – они узнали об этом слишком поздно.

По словам Тимура Цховребова, он сам вытащил из горящей кучи сборник стихов Гете, «Средневековую религиозную поэзию X века», книгу классика таджикской литературы Садриддина Айни, «Историю французской литературы». Я это даже читать не могу спокойно!

Не верю, что во всем Цхинвале не нашлось свободного места для хранения этих книг.

Если все же была такая большая необходимость освободить место, почему не раздали книги всем желающим? Ведь можно было сделать объявление. Уверена, что нашлось бы много желающих взять эти книги. Большая часть моих знакомых цхинвальцев читают запоем. Поэтому считаю этот инцидент варварством по отношению к книгам и к жителям города.

Я выросла в семье, где к книгам относились очень трепетно. В советские годы мы приобретали их у спекулянтов за сумасшедшие деньги, иногда стоя в многочасовых очередях. И покупались эти книги не для того, чтобы пылиться на полках и украшать гостиную, а для чтения. И для меня сожжение книги – необъяснимая дикость.

Далее

Буквальный конфликт

Цхинвал

Во время августовского конфликта в 2008 году, под одной из моих записей в блоге оставил комментарий профессор, докт.филол.наук Михаил Горбаневский, в котором призывал Роскартографию и российские СМИ внедрить в практику письменной и устной речи форму наименования города — Цхинвал. Признаться, в те дни меня меньше всего волновал вопрос Цхинвали или Цхинвал. А до 08.08.08 я часто говорила Цхинвали, по привычке.

В виду того, что споры по данному вопросу не утихают, сделаем краткий экскурс в историю.
В русскоязычных источниках вплоть до первой трети XX века этот населенный пункт назывался Цхинвал. В 1934 году город получил название Сталинир или Сталинири. В 1961 году был переименован в Цхинвали. В 1991 году властями Южной Осетии было официально утверждено название Цхинвал, фактически используемое и в советское время параллельно с Цхинвали.

По мнению профессора М. Горбаневского, «Цхинвал» соответствует историческим традициям и нормам написания в русском языке, так как несклоняемые названия городов — как «Цхинвали» — им противоречат.

«По требованиям грамматики русского языка необходимо, чтобы имена существительные изменялись по падежам, несклоняемые существительные — как виски, метро, кофе, пенни — исключение. Все остальные могут писать название города согласно грамматике своего языка», — отмечает эксперт.

Грузины, в свою очередь, протестуют против названия «Цхинвал», забывая при этом, что речь идет не о грузинском языке, а о русском, и что Тбилиси тоже до 1936 года по-русски именовался Тифлис.

Самое забавное, что удалось найти по этому поводу в сети – это перл некого Роланда Топчишвили, именующего себя историком. Он не какой-то там флудер с заурядного грузинского форума, а главный научный сотрудник Института истории и этнологии имени Ив.Джавахишвили Академии наук Грузии, профессор Тбилисского университета языка и культуры имени Ильи Чавчавадзе, академик Гелатской академии наук, член президиума и председатель секции истории и искусствоведения ученого совета экспертов.

А теперь читаем цитату из его статьи:

«Осетины или переводят топонимы, или так меняют фонетически, чтобы неискушенный читатель считал их создателем осетинский народ. Приведем несколько примеров: река Диди (большая) Лиахви названа «Стыр Леуахи», Патара (маленькая) Лиахви — «Чысыл Леуахи», река Ксани называется «Чсан», Кемерти как «Чемерт», Громи как «Гром» итд.»

Даже не знаю, как это комментировать, если академик академии наук не понимает, что любой народ волен называть топонимы на своем языке. Ведь грузины не говорят по-грузински «Москва», а вместо этого говорят «Москови», впрочем, как и осетины называют Москву «Маскуы», итальянцы – Mosca, французы Moscou итд. Так почему же они требуют, чтобы другие называли на своем языке города по-грузински?

Из того, что осетины называют Москву «Маескуы» не следует, что это делается для того, «чтобы неискушенный читатель считал его создателем осетинский народ».

Нормы языка не являются незыблемыми, они идут в ногу со временем и подвергаются изменениям согласно течению истории – это неизбежно.

Никто ведь не требует, чтобы на грузинском языке писали ??????? (Цхинвал) или ?????? (Москва). Так в чем же проблема? Может каждый народ будет сам решать, как ему называть на своем языке тот или иной город? Даже если это решение политизировано.

Далее

Фотоистория. Цхинвал, 1991 год

Грузино-осетинская война. Февраль-март 1991 года. Цхинвал

Фотографии

Нашла у iroinroin

Далее

Южная Осетия. Дорога

Фото, сделанные на обратном пути из автомобиля.

Далее

Цхинвал. Стройка

Далее
Страница 2 из 512345
content top