content top

Миллер о Сартре, а я о Миллере

Недавно дочитала «парижскую трилогию» Генри Миллера: «Тропик Рака», «Черная весна» и "Тропик Козерога». Между вторым и третьим романом у меня была длинная пауза, которую я заполнила другими книгами.

Проза Миллера очень импульсивная, он уклоняется от общих канонов, не соблюдает хронологию событий, обладает весьма хаотичной манерой письма. Его язык плодовит, но без пафоса. Он периодически противоречит себе, однако его интересно читать, так как его книги, в основном, автобиографические.

Читая Миллера, я почему-то все время вспоминала Сартра. Они ни разу не похожи, но какая-то неуловимая связь между ними существует. Поэтому мне стало интересно, были ли знакомы Сартр и Миллер?

Далее

Дмитрий Горчев

Читала его на протяжении 5 лет: сначала книги, потом блог в ЖЖ. Каждый его рассказ — демонстрация жизни с самого смешного и одновременно грустного ракурса. Сегодня его не стало.

Далее

Музей Кафки

Израильский суд постановил, что владельцы неизвестных рукописей Франца Кафки обязаны обнародовать их. Среди рукописей, может находиться оригинал незаконченного неизвестного романа писателя. О содержании рукописей знают лишь их владелицы – две сестры, которые унаследовали их от своей матери, которая была секретарем Макса Брода – близкого друга Кафки. Рукописи хранятся в израильском банке в специальной ячейке. Подробности здесь.

А это мои фотографии из музея Кафки в Праге.

Музей Кафки в Праге

Далее

«Стыд», Салман Рушди

«Стыд» Салмана Рушди похож на восточную сказку для взрослых, очень мудрую. Исторические, актуальные и мифические события романа происходят в Пакистане. В них участвуют генералы и женщины, бандиты и наемные убийцы: все вовлечены в мистику, все страстно желают плоти или власти. В результате в романе заплетается череда заговоров и преступлений.

У Рушди хорошо получаются образы. Я четко представляю себе как выглядит главный герой романа, сын троих матерей, Омар Хайам и его безумная супруга Суфия Зинобия.

Рушди превосходный рассказчик. По сути, роман «Стыд» — это сказка, повествующая о «стыде» страны, которая погрузилась в море насилия, копившейся тысячелетиями нищеты и восстаний. В голосе автора, который пробивается через его книгу, можно услышать страдания человека, глубоко сочувствующего истории своего народа и времени.

Далее

Смерть и Жизнь

Читала сейчас в Esquire рассказ Салмана Рушди «На юге». Понравился диалог двух 81-летних стариков:

— Выглядишь ужасно, — сказал Младший Старшему, как говорил каждое утро. — Выглядишь человеком, которого дожидается Смерть.

Старший, серьезно кивая и тоже соблюдая традицию их перепалки, ответил:

— Это лучше, чем выглядеть как ты — человек, которого Жизнь так и не дождалась.

P.S. Давно собиралась прочитать что-нибудь у Рушди. После этого рассказа — он от меня точно никуда не денется. Сейчас же скачаю в свою незаменимую электронную книгу. Пожалуй, начну со «Стыда».

Далее

«Маятник Фуко», Умберто Эко

Как обещала, делюсь своими впечатлениями от романа Умберто Эко «Маятник Фуко».

Речь идет об историческом гиперболичном произведении, которое содержит большое разнообразие ссылок. Эко насмехается над иррациональным . Эта книга разрушает «я» и совмещает священное и невежественное, дух и материал.

«Маятник Фуко» — удивительный роман о зле жизни, о декадентстве, о страдании, которое появляется от осознания того, что в развращенном мире все эфемерно. И единственная твердая точка — та, на которой висит Маятник Фуко. И нет никакой тайны. Ответ на все: откуда мы приходим, туда и можем вернуться, потому что мир развращен. Изредка, «они» удостаиваются говорить с нами о значении символов, но предпочитают создавать тайну там, где ее нет, чтобы иметь власть.

Роман основан на идее «заговора» или Плана, который Эко разработал так грандиозно, что этому произведению место в мировой литературе. Никому еще не удалось так своеобразно и настолько правдоподобно переписать историю мира, включая все самые большие личности, которые были главными героями в самых различных исторических эпохах: Юлий Цезарь, Наполеон, Гитлер, Челестино V, Филипп Красивый, Святой Бернар и Сталин. Автор соединил историю мира, которая уходя в средневековье вовлекает каждую эру и географические территории до наших дней.

Это самая «долгая» книга в моей жизни. Не поверите, но я читала ее несколько месяцев. Иногда забрасывала на несколько дней, отдавая предпочтение другим книгам, но всегда возвращалась к ней. Каждую главу нужно мысленно «пережевывать», смаковать. Эта книга не для легкого чтения, она очень глубокая, с пояснительными сообщениями.

Надо отметить, что сюжет слишком затянут и размыт, автор часто отвлекается на традиции и уточнения. Произведение сводится к куче информации. Настоящий водопад дат, имен, мест и персонажей. В то же время, это бесценная совокупность знаний. Эко показывает, как наука, история, культура и увлекательная интрига могут сосуществовать.

Читая «Маятник Фуко» появляется желание увеличить свои знания в таких областях как палеонтология, история искусства, философия. Эко заставляет заинтересоваться культурой религий, тайными обществами, физикой и различными интерпретациями истории. При этом доказывает, что слова, как культура, как нагромождения доктрин и знаний — это туман, в котором теряется сущность. Бесполезное исследование вечной правды и плотное течение цитат из библиотеки — это туманные замки, за которыми мы теряем наши жизни.

Человеку нужно постоянно доказывать правоту, находить логические объяснения вещам, которые их окружают, и понимать смысл собственного существования. Автор делает философское рассмотрение по этой теме и говорит, что человеку часто не удается отдавать себе отчет в том, что случается с ним в жизни. Человек живет и не понимает, что существуют мгновения, когда можно спокойно найти «решение», оно перед глазами, но оно ускользает от него. Не существует логики: объяснение внутри нас, мы начинаем понимать то, что не должно быть раскрыто.

Маятник заключает очень точное значение: существует ли твердая точка? все в движении, но если твердая точка существовала тогда, мы объяснили бы наше существование. Таким образом, ответа в действительности не существует. Правда искалась только внутри нас!

Это, несомненно, шедевр.

Далее

Календарь

Заболела и вылечилась одновременно с ноутбуком. За это время углубилась в чтение «Маятника Фуко» Умберто Эко. Как дочитаю, напишу рецензию. А пока хочу рассказать об одном отрывке из книги, который меня взволновал, потому что прежде я никогда об этом не задумывалась.

Речь идет о календаре, а точнее о григорианской реформе календаря, которая вступает в силу в 1582 году, отменяется юлианский, и для выравнивания счета исчезают 10 дней из месяца с 5 по 14 октября.

Во Франции реформу проводят в 1583 году и отменяют дни с 10 по 19 декабря. В Германии в это время был раскол церквей, поэтому католические области присоединяются к реформе в 1584 году, а протестантские только в 1775. А в Болгарии григорианский календарь вступает в силу только в 1917 году!

Очень интересно получается. Переехав из одной страны в другую в те годы, можно было совершить маленькое путешествие во времени, оказаться в другом дне или даже месяце.

Далее

Последний магнат

Часто слышала восторженные отзывы о книгах Фрэнсиса Скотта Фицджеральда от людей, литературному вкусу которых я доверяю. Наконец-то, добралась и до него. Интуиция подсказала начать знакомство с ним с «Последнего магната». Как выяснила позже, это было его последнее произведение, недоконченное.

Я разочарована. Возможно, это книга впечатлила бы меня лет в 18. Но не сейчас. Даже не знаю, стоит ли читать его остальные произведения. Разве что из любопытства.

Далее

«Невыносимая легкость бытия»

Есть у меня один «литературный» друг. Хороший журналист, но еще лучший писатель. Наша переписка чаще всего состоит из одной фразы в день, а то и в неделю или в месяц. Это может быть «как ты?», «мне плохо», «ничего не хочу» или просто «привет», но чаще без «здрастье — до свидания». Примерно вот так:

Далее

Взгляд

Нам всем нужно, чтобы на нас кто-то смотрел. Нас можно было бы разделить на четыре категории согласно тому, под какого рода взглядом мы хотим жить...

Первая категория мечтает о взгляде бесконечного множества анонимных глаз, иными словами — о взгляде публики...

Вторую категорию составляют те, кому жизненно необходимы взгляды многих знакомых глаз. Это неутомимые устроители коктейлей и ужинов. Они счастливее людей первой категории, ибо те, когда теряют публику, испытывают ощущение, будто в зале их жизни погасли лампы. Почти с каждым из них такое случается
раньше или позже. Люди второй категории, напротив, уж каким-никаким нужным взглядом сумеют разжиться всегда...

Затем существует третья категория: это те, кому нужно быть на глазах любимого человека. Их положение столь же небезопасно, как и положение людей первой категории. Однажды глаза любимого человека закроются, и в зале наступит тьма...

И есть еще четвертая, редчайшая, категория; эти живут под воображаемым взглядом отсутствующих людей. Это мечтатели...

Милан Кундера «Невыносимая легкость бытия»

Из категорий Кундеры, вне всяких сомнений, мне подходит четвертая... не знаю, плохо это или хорошо.

P.S. Хотя нет, знаю — скорее плохо, лучше совсем без взглядов...

Далее
Страница 2 из 3123
content top